Дело Газпромбанка об исковой давности

Дело Газпромбанка об исковой давности (2009)

Краткое описание дела

Обращение ОАО «Газпромбанк» в КС РФ было связано с крупнейшим хищением акций ОАО (РАО) «Газпром», незаконно списанных с лицевых счетов его акционеров сотрудниками юридического лица, оказывавшего услуги по депозитарному обслуживанию акционеров ОАО «Газпром» на основании договора с ОАО «Газпромбанк» как держателем реестра ОАО «Газпром». После вынесения приговора лицам, виновным в хищении, потерпевшие акционеры стали обращаться в суды с исками к ОАО «Газпромбанк» о взыскании с него убытков, причиненных им хищением акций.

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ «Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами».

Решая вопрос о том, с какого момента должен исчисляться срок исковой давности, государственные арбитражные суды разошлись между собой и с судами общей юрисдикции в своих выводах: одни суды считали, что срок исковой давности начал течь с момента вынесения приговора, другие — с момента вступления его в силу, а третьи — со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Но при этом в большинстве случаев ни один государственный арбитражный суд не стал выяснять, когда лицо действительно узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в связи с чем встал вопрос о том, соответствуют ли Конституции РФ положения п. 1 ст. 200 ГК РФ (устанавливающие правила исчисления срока исковой давности) по смыслу, придаваемому им противоречивой правоприменительной практикой. ВАС РФ такой совершенно невнятный подход, к сожалению, поддержал.

КС РФ определением от 16 апреля 2009 г. № 500-О-О отказал в принятии жалобы к рассмотрению со ссылкой на то, что сама по себе ст. 200 ГК РФ Конституции не противоречит, а определение конкретного момента, с которого надлежит исчислять течение срока исковой давности, связано с установлением и оценкой фактических обстоятельств дел, что не относится к компетенции КС РФ.

И это несмотря на то, что в жалобе ОАО «Газпромбанк» специально подчеркивало, что норма п. 1 ст. 200 ГК РФ оспаривается не сама по себе, а в толковании ее судами, и не через призму конкретных дел, а через призму сложившейся неоднозначной, противоречивой судебной практики, что уже является основанием для рассмотрения вопроса КС РФ (см., например постановление КС РФ от 21 апреля 2003 г. № 6-П).

Таким образом, КС РФ фактически самоустранился от решения вопроса, продемонстрировав тем самым дефицит цивилистического правопонимания вопроса, связанного с началом исчисления срока исковой давности.

При этом крайне любопытно то, что аналогичный правовой вопрос рассматривался в Российской Империи еще в XIX в. и Правительствующий Сенат четко указал на то, что срок исковой давности определяется исключительно временем совершения нарушения гражданского права, а вынесение уголовного приговора, устанавливающего такое нарушения, никакого значения для исчисления исковой давности для гражданско-правового дела не имеет.

КС РФ данную правовую позицию, к сожалению, проигнорировал, уклонившись от ответа на сложный вопрос в пользу «социальной стабильности», хотя и умолчав об этом.

Документы по делу:

Материалы по теме: